[Русский]  [English]

Л. Уразова

В „Лабиринте" Лушпина нет ни Минотавра, ни его сестры Ариадны, ни Тезея, убившего чудовище... Зато есть обобщенный образ-символ лабиринта вообще, загадочный знак, взывающий к ассоциативному восприятию.

Минувший двадцатый век прошел под знаком грандиозных научных открытий и археологических раскопок, приподнявших завесу таинственности над прошлым древнейших цивилизаций. Под египетскими пирамидами, под абхазскими дольменами исследователи, писатели, художники ищут скрытые входы в глубины земли, в неведомый подземный мир. Особую роль приписывают лабиринтам. Среди современных художников России есть автор, который посвятил лабиринтам целую серию своих полотен, написанных в традиционной технике маслом на холсте. Это представитель генерации живописцев московской школы Евгений Леонидович Лушпин. В свои тридцать девять лет он полон творческих сил, интереснейших мыслей и адресует свои картины не только утонченным интеллектуалам, привыкшим разгадывать головоломки, но и обычным зрителям. Их он привлекает, прежде всего, так называемой „сделанностью" картины, детальной проработкой фактуры всех предметов, что всегда было свойственно отечественному реалистичному искусству с начала его становления. Век XIX дал великолепнейшие примеры виртуального владения кистью. Этот опыт вдохновляет Лушпина, однако сюжеты его живописи совсем иные. Полотна художника удивляют не только виртуозной техникой изображения фактуры различных предметов, тончайшими лессировками, иллюзионистичностью, но и напряженной атмосферой мыслей и чувств, философскими раздумьями о смысле бытия на Земле и во Вселенной. Излюбленные жанры Лушпина — пейзаж и натюрморт. Все они проникнуты духом современности. Программным можно считать „Лабиринт" (80x80, 1995). Лушпин не захотел копировать планы сохранившегося до наших времен всем известного Лабиринта на острове Крит, построенного, по преданию, архитектором и скульптором Дедалом для могущественного правителя Миноса. В критском Лабиринте скрывался Минотавр — человек-чудовище, рожденный женой Миноса — красавицей Пазифаей.

В его Лабиринте нет конкретных следов древнегреческого мифа о критском Лабиринте. Зато есть обобщенный образ-символ лабиринта вообще, загадочный знак, взывающий к ассоциативному восприятию. Светло-коричневые концентрические окружности на темно-коричневом фоне просветляются, приближаясь к центру. Центр „Лабиринта" сияет золотом, завораживая взгляд зрителя своей магической силой. Колористическая тональность лушпинского „Лабиринта" приводит на память древние манускрипты.

Категория времени органично входит в пространство живописи Лушпина. Картина „Фантом" (110x100, 2002) демонстрирует тяготение художника к монументализации форм. Их скульптурная мощь усилена контрастом с тонкими проводами, натянутыми, как струны на контрабасе и освещенными золотистым светом. Вся конструкция гигантского остова — то ли бывшего космического корабля, то ли Ноева ковчега, парит над безжизненной землей, над полуразрушенным зданием из бетона. Немногословная пластическая выразительность „Фантома" воздействует, прежде всего, коричнево-золотистым колоритом, почти фотографической четкостью фактуры каната, веревок, деревянных форм и других предметов, написанных так, что они обретают объемность живой реальности.

Среди современных художников Евгений Лушпин занимает особое место. Он изображает в своих лучших полотнах силу? величие и крах бетонных обломков. Евгений Леонидович, подобно режиссеру, выстраивает мизансцену на столе, как на подмостках, и формирует вокруг железобетонного фрагмента пространство новой действительности. А сами башнеобразные вертикальные и горизонтальные камни из бетона ассоциируются с развалинами древнейших цивилизаций. Для выявления крупномасштабности бетонных конструкций, Лушпин венчает их стальным шаром, похожим на Всевидящее Око: в нем отражается художник, стоящий за мольбертом. Иногда рядом с фрагментом бетона появляется розово-перламутровая раковина, тонкие нити проводов, обломки белых кораллов и другие мельчайшие предметы, изображенные с мастерством истинного иллюзиониста. Прорабатывая лессировками поверхности, художник явно стремится придать своим полотнам дух антикварных произведений. Следуя традициям русской реалистической живописи, Евгений Лушпин пишет с натуры. И предметы, „позирующие" ему, можно увидеть в его мастерской. Они такие же, как на картинках. Только в обстановке обыденности теряют многозначительность, увиденную художником. Но в том-то и заключается истинный дар живописца, чтобы открыть эстетическую категорию красоты там, где до тебя ее не видел никто.

Вспоминая о начале пути, художник рассказывает: „Рисовать начал с детства, как и все. Однажды соседский мальчик сказал, что идет записываться во Дворец пионеров в Изостудию. Я нарисовал на весь лист сосну — желтый ствол, коричневые прожилки коры и сверху зеленая крона. Это была моя первая картина. Потом я начал заниматься. Через год мою работу — бабушкин портрет — даже послали на выставку во Францию. В 1976 году я поступил в Детскую художественную школу им. Красина.

После окончания школы ушел в армию. Вернувшись, поступил в МГЗПИ на графический факультет, затем учился в МГХПУ им. Г.С.Строганова. Постепенно в живописи стал определяться стиль, даже и не стиль, не направление, а отношение к миру, так как картины появлялись разные и каждая из них соответствовала определенному взгляду на жизнь, на события, на людей. Главное, образ должен возникать стихийно, на бессознательном уровне, и чем глубже он возникает, тем значительнее и интереснее получается картина. Своими учителями считаю Сергея и Ирину Лебедевых — замечательных людей и художников, с которыми и сейчас общаюсь, ученого, философа и поэта Роберта Лидемана, Соколову Н.П. доцента кафедры рисунка МВХПУ им. Строганова, Яковлева Дмитрия Николаевича – моего первого учителя. Мастерски освоив сложную технику изображения фактуры, ее мерцающей, матовой, или отражающей поверхности, художник отдал дань современности в цикле так называемых фотореалистических пейзажей. При первом взгляде они действительно напоминают большие цветные фотографии. Таков „Пейзаж с трамваем" (65x110, 1999), приобретенный известным кинодеятелем Юлием Гусманом. В картине передана атмосфера московской окраины в золотом осеннем убранстве. Желтыми листьями засыпаны стальные трамвайные пути и серый гравий. Есть в этом пейзаже ностальгические нотки, тема одиночества человека в большом городе.

Город, населенный шумной и пестрой людской толпой, предстает в „Большом вечернем пейзаже" (фрагмент, 60x60, 1997). В нем есть острохарактерность, легкая ироничность в обрисовке персонажей, свидетельствующие о том, что Лушпину не чужд бытовой жанр, неизменно популярный в России. „Натюрморт с бутылями" (75x95, 1999) особо впечатляет холодным блеском стеклянных сосудов, прозрачностью воды, ржавчиной металлического прута, выгнутого треугольником и матовой поверхностью куска бетона, чей серый цвет богат розово-голубыми полутонами. Разнообразие поисков отражает позицию художника. Он говорит: „Мне не интересно быть в одном жанре. Постоянно ищу что-то новое. Главное — гореть. Без этого нет полноценного творчества".

Людмила Уразова

искусствовед